Жизнь и ничего более (1992)

Аббас Киаростами снял эту картину сразу после разрушительного землетрясения 1990 года в иранской провинции Гилан, унесшего жизни более 40 тысяч человек, и основал ее сюжет на личном опыте своих поездок по пострадавшему региону. В главных ролях снимаются сам режиссер и его семилетний сын Пуя, которые отправляются в долгую дорожную поездку на автомобиле по горным дорогам Ирана, чтобы разыскать двух старых друзей — актеров, с которыми Киаростами работал над предыдущими проектами, о судьбе которых у него не было никаких известий после катастрофы. По пути отец и сын останавливаются в разоренных землетрясением селах, встречают выживших местных жителей, спасателей и детей, потерявших семьи. Каждый из незнакомцев делится своей историей утраты, надежды на восстановление домов и обычной жизни, а тихие разговоры на обочинах дорог становятся не менее важной частью повествования, чем сама миссия героев. Фильм сочетает элементы приключенческой дорожной истории и сдержанной лирической драмы, почти все диалоги были импровизированы, а кадры сняты в естественных условиях без дополнительного постановочного освещения, что придает ленте ощущение максимальной подлинности. Картина была представлена на конкурсной программе Каннского кинофестиваля 1992 года и получила признание критиков по всему миру за отсутствие пафоса, глубокое уважение к переживаниям людей, столкнувшихся с невосполнимой утратой, и тонкое изображение отношений между отцом и сыном, которые по-разному воспринимают масштаб произошедшей трагедии. Взаимодействие взрослого, который пытается осмыслить утрату друзей и разорванные судьбы знакомых, и ребенка, который еще не до конца понимает, что такое безвозвратная утрата, становится центральной эмоциональной линией ленты, не перегружая ее лишним сентиментальностью.