Имя Никколо Паганини еще при жизни стало синонимом непревзойденной виртуозности, а его публичные выступления вызывали у зрителей не просто восторг, а настоящую истерию. Его техника, казалось, преодолевала все физические ограничения: он играл на трех струнах одновременно, исполнял сложнейшие пассажи с невероятной скоростью, а его импровизации длились часами без единой ошибки.
